Великое избaвление - Страница 26


К оглавлению

26

— На топоре нет отпечатков пальцев, — напомнила она.

— Странно, не правда ли? — откликнулся Линли. Содрогнувшись от мерзкого вкуса тепловатого напитка, отставил чашечку и продолжил: — Убить собаку, убить родного отца, сидеть над трупом, дожидаясь полиции, но при этом не забыть стереть отпечатки пальцев с рукоятки топора? Это нелогично.

— Как вы думаете, инспектор, зачем она убила собаку?

— Чтобы не было шума.

— Да, наверное, — нехотя согласилась она. Линли заметил, что сержанту хотелось сказать что-то еще.

— Что у вас на уме, Хейверс?

— Да так, ничего. Скорее всего, вы совершенно правы, сэр.

— Но у вас была какая-то идея. Выкладывай-те. — Хейверс все еще отводила взгляд. — Ну же, сержант.

Барбара откашлялась.

— Я просто подумала, что ей не было нужды убивать собаку. Ведь это же ее собака. С какой стати пес стал бы лаять на нее? Возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, что пес должен был лаять на чужака и тот убил собаку, чтобы заставить ее замолчать.

Линли изящным жестом переплел свои тонкие пальцы.

— Странный случай с собакой в полночь, — пробормотал он, словно смакуя заголовок детектива. — И все же пес мог залаять, увидев, как девушка наносит удар отцу, — возразил он.

— Но… я вот что подумала, сэр. — Хейверс судорожно принялась заправлять коротко стриженные волосы за ухо и в результате сделалась еще непривлекательней, чем прежде. — Ведь похоже, что собака погибла первой, не правда ли? — Пролистав сложенные в папку бумаги, она извлекла одну фотографию. — Тело Тейса рухнуло прямо на собаку.

Линли вгляделся в это изображение.

— Да, верно. Но, может быть, она это подстроила?

Маленькие проницательные глазки сержанта удивленно расширились.

— Нет, не думаю, сэр. Это маловероятно.

— Почему же?

— Тейс был шести с лишним футов ростом. — Она принялась неуклюже перелистывать страницы отчета. — Он весил… вот, здесь указано… четырнадцать с половиной стоунов . Можете ливы вообразить, как Роберта ворочает четырнадцать с половиной стоунов мертвого веса только для того, чтобы изменить картину преступления? И это при том, что она сама тут же призналась в содеянном? По-моему, это невероятно. К тому же голова отрублена, и, если бы она перемещала труп, стены были бы забрызганы кровью, ведь так? А здесь нет пятен.

— Очко в вашу пользу, сержант, — признал Линли, доставая из кармана очки. — Думаю, придется с вами согласиться. Позвольте мне еще раз взглянуть. — Барбара передала ему всю папку. — Время смерти между десятью вечера и полуночью, — отметил он скорее для самого себя, чем для Барбары. — На ужин он ел цыпленка с горохом. В чем дело, сержант?

— Пустяки, сэр. Кто-то наступил на мою могилу.

Очаровательное выражение.

— Ага! — сказал он, продолжив чтение. — В крови барбитураты. — Он озабоченно нахмурился и поверх очков уставился на сержанта. — Трудно представить себе, что подобному человеку требуется снотворное. Он возвращается домой после тяжелого трудового дня на ферме, наглотавшись свежего воздуха лугов и долин. Съедает обильный ужин и засыпает сразу же, у камелька. Буколический рай. Зачем же ему понадобилось снотворное?

— По-видимому, он принял таблетку незадолго до смерти?

— Разумеется. Не во сне же он добрался от дома до хлева.

Барбара тут же съежилась от его тона, спряталась в свою раковину, как улитка.

— Я только хотела сказать…

— Я пошутил, — поспешно извинился Линли. — Со мной такое бывает. Пытался разрядить обстановку. Постарайтесь привыкнуть к этому.

— Конечно, сэр, — подчеркнуто вежливо ответила она.


Этот человек бросился им наперерез, как только они вышли из поезда и направились к выходу со станции. Человек был худ до истощения, — судя по его виду, он страдал от сотни всевозможных недугов, преимущественно желудочных, обративших его жизнь в кошмар. Приближаясь к ним, он успел на ходу забросить в рот таблетку и принялся с угрюмой яростью дробить ее зубами.

— Суперинтендант Нис, — любезно приветствовал его Линли. — Неужели вы проделали весь этот путь из Ричмонда лишь ради встречи с нами? Расстояние-то немалое.

— Шестьдесят миль, будь они прокляты, так что перейдем сразу к делу, инспектор, — рявкнул Нис. Он встал прямо перед ними, преграждая им путь к лестнице и выходу в город. — Вы мне тут совершенно не нужны. Керридж затеял какую-то чертову интригу, а я в этом участвовать не собираюсь. Если вам что-то нужно, обращайтесь в Ньюби-Уиск, а не в Ричмонд. Вам все ясно? Я не хочу вас видеть. Я не хочу ничего слышать про вас. Если вы явились сюда ради личной мести, можете заткнуть эту месть себе в задницу. Поняли? У меня нет лишнего времени на школяров, у которых в одном месте зудит от желания поквитаться. На миг повисла пауза. Созерцая желчное лицо Ниса, Барбара гадала, осмеливался ли кто-нибудь разговаривать подобным образом с лордом Ашертоном в его корнуолльском поместье.

— Сержант Хейверс, — вежливо заговорил Линли, — мне кажется, вы прежде не были знакомы с суперинтендантом Нисом, возглавляющим полицейский департамент Ричмонда.

Барбара в жизни не видела, чтобы человека сбили с толку так быстро, так эффективно, и чем — демонстрацией безукоризненных манер.

— Рада познакомиться, сэр, — любезно выговорила она.

— Черт вас побери, Линли, — рявкнул Нис. — Не путайтесь у меня под ногами! — И, развернувшись на каблуках, он проложил себе путь через толпу к выходу со станции.

— Хорошая работа, сержант, — безмятежно похвалил Линли. Взглядом он отыскивал кого-то в море голов, захлестнувшем перрон, Близился полдень, обычная вокзальная суета в час перерыва на ланч усугублялась. Здесь, на вокзале, покупали билеты, торговались с таксистами и встречали близких, выбиравших именно эту электричку, чтобы подстроиться под расписание рабочего дня. Обнаружив того, кто ему требовался, Линли сказал:

26